Логотип БСИ ДВО РАН
Заказник Чаунская Губа

Растительный мир ООПТ Чукотки

© OCR - Беликович А.В., Галанин А.В., Афонина О.М., Макарова И.И. Публикуется по тексту: Беликович А.В., Галанин А.В., Афонина О.М., Макарова И.И. Растительный мир особо охраняемых территорий Чукотки . Владивосток: БСИ ДВО РАН, 2006. 260 с.


Региональный заказник «ЧАУНСКАЯ ГУБА»

Рис. 5. Региональный заказник «Чаунская губа».

Заказник располагается в Чаунском районе, площадь 210,5 тыс.га, образован постановлением главы администрации округа от 10.10.95 г. № 331, сроком на 10 лет до 2005 года. Образован из действовавшего ранее заказника "Теюкууль" и участка "Усть-Чаун", бывшего стационара ИБПС, площадью 10,5 тыс.га. В настоящее время сроки действия работы заказника продлены и уточнены его границы (рис. 5).

Основная территория расположена в 50 км к юго-востоку от г. Певек и включает в себя горный массив горы Пытлян (1030 м) в западной части хребта Ичвувеем на правобережье р. Ичвувеем.

Главной целью создания заказника была охрана птиц. Орнитофауна отличается высоким видовым разнообразием, в первую очередь, гусеобразных и ржанкообразных, как гнездящихся, так и встречающихся на пролетах. Основная ценность территории заключается в первую очередь в том, что здесь располагаются основные места гнездования, отдыха, линьки и нагула перед отлетом водоплавающих и околоводных птиц (тундровый лебедь, белый гусь, пискулька, белолобый гусь, чернозобая гагара, три вида гаг, розовая чайка и др.). Район Чаунской низменности был включен в перечень важнейших водно-болотных угодий национального значения в СССР (группа Б) Раздел ХХIХ Северо-Восток СССР № 180.

Геоботанически наиболее хорошо изучен кластер в устье р. Чаун-Паляваам по берегу Чаунской губы. Его детальное описание выполнено А.В. Галаниным (1980, 1991), а описание ксеротермных урочищ на южных склонах гор можно найти в работе Б.А. Юрцева (1981в). Он же дал общую ботанико-географическую характеристику всех причаунских районов Чукотки (Юрцев, 1998). Горный же массив горы Пытлян изучен слабо.

ООПТ находится в подзоне южных гипоарктических тундр, в северной ее части проходит граница этой подзоны с подзоной северных (типичных) гипоарктических тундр. Это холмисто-увалистая равнина на юго-западном побережье Чаунской губы с одельными поднятиями высотой до 200-300 м. На территории заказника хорошо различаются две полосы: - полоса шириной 10–15 км, подверженная засолению, тянущаяся вдоль побережья Чаунской губы и большая часть территории, не подверженная засолению. Граница между этими полосами весьма нечетка, так как уровень воды в заливе поднимается на разную высоту в зависимости от силы штормов.

В северной части заказника находится горный массив с несколькими поднятиями выше 800 м. Склоны гор сильно террасированы, ступени террас около 30 м высотой. Как небольшие террасы, так и склоны в верхней части сложены глыбами гранита, лишь на обширных нагорных террасах в нижней части склонов можно встретить скопления мелкозема. Здесь развиты разнотравно-кустарничково-моховые тундры, в которых задернованность поверхности достигает 70–80%. На шлейфах гор распространены бугорковатые осоково-кустарничковые тундры.

Южный кластер представлен участком Чаунской низменности, которая входит в общий контур Анюйско-Чукотской горной области Верхояно-Чукотской мезозойской складчатой страны (Баранова, Бискэ, 1964) и представляет собой незатопленную морем окраинную часть области шельфа, простиравшегося в позднечетвертичное время значительно севернее острова Врангеля. Горнодолинные ледники среднечетвертичного и позднечетвертичного оледенений эту территорию не покрывали (Баранова, Бискэ, 1964). Рельеф самой низменности очень однообразен. Это совершенно плоская озерно-аллювиальная равнина, расчлененная множеством русел и рукавов и представляющая дельтовую область рек, текущих с Анюйского и Чукотского нагорий. Гидрографическая сеть здесь столь густа, что площадь суши едва ли больше площади, занятой поверхностью текущих вод и озер. Поверхность равнины поднята над урезом воды на 2–3 м в нижнем течении рек и на 3–5 м в 15–20 км от устья. Русла рек Чаунской низменности непрерывно меняют свое положение, и вся равнина покрыта слоем современных илистых, песчаных и галечных наносов. Перемещение русел происходит в половодье.

Во время северных и северо-западных штормовых ветров в реки нагоняется так много воды, что все устье заливается на 10–15 км, благодаря чему приморские галофиты заходят далеко вверх по реке. Часть озер периодически затопляется водой приливов, что угнетающе действует на многие виды растений. Во время южных ветров уровень воды в реке падает на 1–2 м, при этом обнажаются огромные песчаные отмели площадью в десятки и сотни гектар, совершенно свободные от растительности.

В районе стационара ИБПС вся низменность представляет собой широкую речную долину. В мезорельефе выражены многочисленные углубления, вероятно, термокарстового происхождения, с торфяным дном, почти до краев наполненные водой. Уровень воды в таких озерах на 3 м выше, чем в реке. Наряду с явно термокарстовыми широко распространены старичные озера с песчаным дном, ориентированные в виде цепочек и соединенные друг с другом постоянными или временными протоками. Во время паводков эти озера сообщаются с основным руслом. Подмывая берега, река нередко «освобождает» озера. На месте таких спущенных озер образуются своеобразные приречные террасы. Довольно сильно развиты термокарстовые процессы, выражающиеся в растрескивании субстрата, его пучении и в появлении в микрорельефе многоугольников или полигонов. Изредка над равниной возвышается торфяные бугры-балгуньяхи, или гидролакколиты высотой 7–8 м и диаметром до 30 м, на вершинах которых можно встретить растения, обычно характерные для сухих горных тундр (Hierochloe alpina, Festuca brachyhylla, Luzula confusa).Термокарстовые процессы в структуре растительного покрова Чаунской низменности проявляются очень отчетливо, особенно морозное пучение и морозное растрескивание.

Таким образом, основные типы экотопов на территории заказника следующие (Юрцев, 1998): сухие щебнистые горные тундры; приморские (незакрепленные) сухие галечники; приречные (незакрепленные) пойменные галечники; торфянистые переувлажненные экотопы (тундровые и тундро-болотные); тундровые водоемы с застойным или слабопроточным режимом; тампы и марши – гало-гигрофитные сообщества по берегам морей, затопляемые при нагонных ветрах; мезоморфные тундры и тундровые луговины; нивальные луговины и луговинные тундры; тундровые экотопы с избыточным увлажнением на заиленных галечниках (осоковые болотца высокой поймы, ивково-осоково-разнотравные тундры на сырых галечниках высокой поймы).

Примечательности: Несмотря на чрезвычайно однообразный макро- и мезорельеф района, довольно своеобразный и обширный спектр экологических режимов экотопов создается на большей территории заказника аллювиальными и термокарстовыми процессами, явлениями морозного выпучивания и растрескивания субстрата, а также периодическим засолением прибрежной полосы во время штормов. На самой причаунской равнине совершенно отсутствуют криофитностепные сообщества, столь характерные для Чукотского нагорья. Единственными фрагментами ксеротермных экотопов являются зоогенные луговины (сусликовины) на южных склонах и бровках террас. Степные сообщества и остепненные тундры выражены на горной части территории заказника, однако также не очень интенсивно.

Особенностью растительности района Чаунской низменности являются ольховники, по всей вероятности, - реликты той растительности, которая в эпоху голоценового оптимума занимала здесь доминирующее положение. Эта гипотеза была подтверждена находкой в районе озера Эльгыгытгын кусков древесины и «шишек» кустарниковой ольхи в погребенном торфянике (Галанин и др., 1998). Радиоуглеродная датировка образцов показала, что даже на высоте около 500 м над уровнем моря в истоках р. Чаун, где сегодня ольховник отсутствует, примерно 9,3 тыс. лет назад встречались его заросли на шлейфах склонов сопок и в долинах рек. В современных зарослях ольхового стланика значительное участие принимают виды разнотравья. Ценотическая структура хорошо сформирована. Увлажнение нормальное. Зимой здесь скапливается снег, но нивация не очень сильная. Почвы супесчаные, интенсивно гумусированные. Здесь обычны Salix alaxensis, S. pulchra, Betula exilis, Vaccinium uliginosum, V. vitis-idaea, Rubus arcticus, Polemonium boreale, Aconitum delphinifolium, Carex stans, Arctagrostis latifolia, Artemisia tilesii, Gentiana glauca, Equisetum arvense, Veratrum oxysepalum, Polygonum tripterocarpum, Pyrola rotundifolia subsp. incarnata, Pentaphylloides fruticosa и др. Высота ольхового стланика достигает 2,5 м. Заросли встречаются в небольших депрессиях в краевой части коренного берега реки или крупных стариц вне полосы засоления.

Слева: княженика Rubus arcticus

Справа: камнеломка Мерка Saxifraga merckii

Растительные сообщества ООПТ (с учетом Галанин, 1980, 1998):

местности вне полосы засоления:

8% - комбинации куртинных и пятнистых редкотравных, разнотравно-кустарничковых тундр на крупнокаменистых склонах гор и открытых группировок растительности на осыпях (Ledum decumbens, Vaccinium uliginosum, V. vitis-idaea, Hierochloe alpina, Potentilla elegans, Empetrum subholarcticum, Spiraea stevenii, Dryopteris fragrans, Saxifraga funstonii, Luzula confusa);

15% - комбинации сухих кустарничковых, разнотравно-кустарничковых, мохово-лишайниковых и лишайниковых пятнистых и цельнопокровных щебнистых тундр (Vaccinium vitis-idaea, Empetrum subholarcticum, Arctous alpina, Salix glauca, S. sphenophylla, Antennaria friesiana Betula exilis, Festuca brachyphylla, Rosa acicularis, Cassiope tetragona, Anemone sibirica, Antennaria friesiana, Oxytropis czukotica, Dryas punctata, Potentilla uniflora, Diapensia obovata, Selaginella sibirica) на обдуваемых, хорошо дренируемых участках коренного берега, склонов гор и их шлейфов;

20% - комбинации бугорковатых мохово-кустарничковых, разнотравно-кустарничковых моховых и ивково-осоковых тундр (Ledum decumbens, Vaccinium vitis-idaea, V. uliginosum, Arctous alpina, Betula exilis, Salix pulchra, S. phlebophylla, Dryas punctata, Diapensia obovata, Arctagrostis latifolia, Polygonum tripterocarpum, Eriophorum vaginatum, Empetrum subholarcticum, Rubus chamaemorus, Carex lugens, C. stans, Pedicularis labradorica, Hierochloe alpina, Anemone sibirica, Poa alpigena, Luzula nivalis, Veratrum oxysepalum) на обширных нагорных террасах, пологих склонах гор, выпуклых участках холмов и надпойменных террас;

3% - комбинации нивальных мохово-лишайниковых кассиопейных, разнотравных луговинных и ивковых тундр (Cassiope tetragona, Diapensia obovata, Vaccinium uliginosum, Empetrum subholarcticum, Petasites glacialis, Dryas punctata, Poa paucispicula, Anemone sibirica, Saxifraga firma, Armeria arctica, Artemisia arctica, Trisetum spicatum, Polygonum tripterocarpum) в ложбинах на склонах гор и холмов;

29% - комбинации полигонально-валиковых тундровых болот из кустарничковых мохово-лишайниковых тундр и осоково-пушицевых кочкарных болот (Betula exilis, Eriophorum vaginatum, E. medium, E. polystachion, Salix fuscescens, Calamagrostis holmii, Poa arctica, Ledum decumbens, Carex stans, C. rariflora, C. rotundata, Rubus chamaemorus, Vaccinium uliginosum, V. vitis-idaea, Andromeda polipholia) на вогнутых участках низких нагорных и надпойменных террас, аккумулятивной равнине;

15% - комбинации осоково-кустарничково-разнотравных и осоково-кустарничково-моховых тундр (Betula exilis, Ledum decumbens, Empetrum subholarcticum, Salix pulchra, Vaccinium vitis-idaea, V. uliginosum, Pedicularis lapponica, P. labradorica, P. oederi, Senecio atripurpureus, Claytonia acutifolia, Carex lugens, Eriophorum vaginatum, E. polystachyon, Arctagrostis latifolia, Epilobium dahuricum) на шлейфах склонов сопок и конусах выноса;

2% - комбинации разнотравных зарослей ольхового стланика и разнотравных моховых тундр с ивнячками (Alnus fruticosa, Salix alaxensis, S. pulchra, Betula exilis, Vaccinium uliginosum, V. vitis-idaea, Rubus arcticus, Polemonium boreale, Aconitum delphinifolium, Carex stans, Arctagrostis latifolia, Artemisia tilesii, Gentiana glauca, Equisetum arvense, Veratrum oxysepalum, Polygonum tripterocarpum, Pyrola rotundifolia subsp. incarnata, Pentaphylloides fruticosa) в депрессиях Чаунской низменности;

2% - комбинации редкотравных пойменных лугов и ивнячков (Deschampsia brevifolia, D. borealis, Artemisia borealis, Equisetum arvense, Rumex graminifolius, R.sibiricus, Tanacetum boreale, Poa colpodea, Chamerion latifolium, Festuca cryophila, Leymus interior, Salix alaxensis, S. kolymensis, Allium schoenoprasum, Pedicularis sceptrum- carolinum, Rosa acicularis, Luzula sibirica, Pyrola rotundifolia subsp. incarnata) на песках и галечниках в прирусловой фации рек;

1% - комбинации куртинных и фрагментарных лугов, ивнячков и открытых группировок растительности (Chamerion angustifolium, Ch. latifolium, Calamagrostis purpurea, Arctous alpina, Ledum decumbens, Salix glauca, S. alaxensis, Arctagrostis arindinacea, Artemisia borealis, A. arctica, Equisetum arvense, Petasites frigidus) по обрывам коренного берега;

3% - комбинации ивняков, ольховников и лужаек (Alnus fruticosa, Salix pulchra, S. glauca, Rosa acicularis, Betula exilis, Ledum decumbens, Saxifraga nelsoniana, Petasites frigidus, Arctagrostis arundinacea, Poa alpigena, Polygonum tripterocarpum, Calamagrostis purpurea, Equisetum arvense, Artemisia arctica, Bromus pumpellianus, Astragalus alpinus, Castilleja rubra, Tanacetum boreale, Stellaria fischeriana) по берегам стариц и временных проток в Чаунской низменности;

1% - комбинации осоковых тундр, и хвощево-осоковых, пушицевых и осоково-пушицевых тундровых болот (Eriophorum polystachion, E. medium, Calamagrostis holmii, Caltha arctica, Poa arctica, Equisetum fluviatile, Carex stans, C. rotundata, C. capitata, C. rariflora, Comarum palustre, Betula exilis, Pedicularis lapponica, P. capitata, Salix fuscescens, Poa arctica) по заболоченным берегам озер и дну стариц;

1% - водная и прибрежно-водная растительность (Hippuris vulgaris, Arctophila fulva, Eriophorum scheuchzeri, Comarum palustre, Equisetum fluviatile, Carex stans, Ranunculus pallasii, R. gmelinii, R. hyperboreus, Dupontia psilosantha, Sparganium hyperboreum, Potamogeton filiformis, Myriophyllum spicatum, Callitriche palustris, Rorippa islandica) сплавин и берегов термокарстовых и старичных озер;

2% - местности в полосе засоления:

комбинации бугорковатых мохово-кустарничковых и мохово-лишайниковых ерниковых тундр (Betula exilis, Ledum decumbens, Calamagrostis holmii, C. deschampsioides, Eriophorum vaginatum, E. polystachyon, Vaccinium vitis-idaea, Salix pulchra, Hierochloe alpina, Spiraea stevenii, Pedicularis labradorica, Luzula congusa Carex stans, Deschampsia brevifolia, Poa colpodea, Arctagrostis latifolia, Empetrum subholarcticum, Arctous alpina, Polygonum tripterocarpum) на выпуклых участках надпойменных террас и высоких обдуваемых и хорошо дренированных краевых участках коренного берега рек;

комбинации сырых осоковых тундр и полигонально-валиковых тундровых болот с участием видов галофитов (Carex rariflora, C. stans, Salix fuscescens, Dupontia psilosantha, Poa arctica, Eriophorum medium, E. vaginatum, E. polystachion, Calamagrostis deschampsioides, Betula exilis, Andromeda polipholia, Ledum decumbens, Vaccinium uliginosum, Pedicularis lapponica) на заболоченных берегах озер и вогнутых участках надпойменных террас;

к комбинации ивнячковых и ивнячково-разнотравно-злаковых сообществ (Salix ovalifolia, S. saxatilis, Dendranthema hultenii, Rumex arcticus, Alopecurus alpinus, Calamagrostis deschampsioides, Polemonium acutiflorum, Carex stans, Rubus chamaemorus, Epilobium palustre, Arctagrostis latifolia) на незаболоченных песчаных берегах озер и рек;

комбинации приморских низкотравных лугов (Elymus maritimus, Mertensia maritima, Senecio congestus, Lathyrus maritimus) и маршей (Calamagrostis deschampsioides, Dupontia psilosantha, Carex glareosa, C. ursina, Puccinellia phryganodes, P. hauptiana, Dendrantema hultenii, Poa colpodea, Stellaria crassifolia, Eriophorum scheuchzeri, Deschampsia borealis, Salix ovalifolia, Saussurea nuda, Artemisia borealis) по береговым валам, заиленным морским пляжам;

редкотравные луга (Arctophila fulva, Calamagrostis deschampsioides, Dupontia psilosantha, Carex subspathacea, Leymus interior, Poa colpodea, Deschampsia brevifolia, Festuca cryophila, Salix alaxensis, S. kolymensis, Arctagrostis arundinacea, Bromus pumpellianus, Artemisia borealis, Alopecurus alpinus, Equisetum arvense) на песчаных пляжах речной поймы;

открытые группировки кустарничково-травянистой растительности (Betula exilis, Spiraea stevenii, Ledum decumbens, Viaccinium vitis-idaea, Calamagrostis holmii, Empetrum subholarcticum, Polygonum tripterocarpum, Salix pulchra, S. alaxensis, Artemisia tilesii, Arctagrostis arundinacea, Valeriana capitata, Calamagrostis purpurea) на обрывах коренного берега в полосе засоления;

водная и прибрежно-водная растительность (Arctophila fulva, Hippuris lanceolata, Callitriche subanceps, Myriophyllum spicatum, Ranunculus pallasii, R. gmelinii, R. reptans, Sparganium hyperboreum, Comarum palustre, Utricularia minor) старичных озер в полосе засоления.

Биоразнообразие: во флоре района стационара ИБПС зарегистрировано 252 вида сосудистых растений (Галанин, 1980), флора же всей территории заказника, по экспертным данным, должна включать не менее 320 видов, с учетом горных участков.

Охраняемые виды: В районе устья р. Чаун найдена ясколка крупная Cerastium maximum, обычно встречающаяся на степоидах (Юрцев и др., 1975).


Русское ботаническое обществоBotanic Garden Conservation InternationalThe Plant ListPlantariumEast Asia Botanic Garden NetworkСовет ботанических садов РоссииRussian electronic libraryБиблиотека ШипуноваРоссийская Академия наукРейтинг@Mail.ru
Вверх