Логотип БСИ ДВО РАН
Пpиpодно-истоpический памятник "ПЕГТЫМЕЛЬСКИЙ"

Пpиpодно-истоpический памятник "ПЕГТЫМЕЛЬСКИЙ"

Рис. 12. Природно-исторический памятник природы «Пегтымельский».

Расположен в центральной части Шмидтовского района в низовьях р. Пегтымель, в районе горного массива Кейныней (614 м, рис. 12). Площадь 11 га. Памятник представляет собой уникальные наскальные рисунки возраста около 2 тыс. лет. Веpтикальные скалы с наскальными рисунками, которые датируются как конец тысячелетия до н. э. (Головнев, 2000). Рисунки изображают сцены охоты древних людей на северных оленей, есть рисунки пасущихся оленей. Подлежат охране, как памятники древней культуры. Территория памятника включает также крайне-западные в Чукотском нагорье выходы карбонатных палеозойских пород с сопутствующим им комплексом кальцефитов, включающим реликтовые виды.

Растительность степоидов памятника частично описана в монографии Б.А. Юрцева (1981в), общий же очерк растительности района приводится впервые в настоящей работе. ООПТ находится в подзоне северных гипоарктических (типичных) тундр в 30 км от побережья Восточно-Сибирского моря.

Примечательности: гора Кейныней сложена известняками, поэтому на ее склонах распространены кальцефильные варианты горных тундр (Kobresia simpliciuscula, Dryas integrifolia, Potentilla biflora, Salix rotundifolia, Saxifraga oppositifolia, Dendranthema integrifolium, Salix acaulis). Своеобразие этих тундр по сравнению с Паляваамскими заключается в обедненном составе кальцефитов в степоидах, они напоминают степоиды с районов, обрамляющих Чаунскую губу.

Основные экосистемы следующие: вершина горы Кейныней (614 м) с редкокуртинными, куртинными и пятнистыми щебнистыми тундрами; выходы скал на склонах гор с открытыми группировками растительности; склоны гор с комплексами кальцефильных пятнистых дриадовых, кустарничковых и цельнопокровных кустарничковых мохово-лишайниковых тундр и остепненными вариантами тундр на наиболее прогреваемых участках склонов южных экспозиций и террас; небольшие участки ложбин и ручьев с комплексами коссиопейных, нивальных тундр и приснежными луговинами; нижние части склонов с мелкобугорковатыми кустарничковыми, ивковыми мохово-лишайниковыми тундрами; скалы правого берега р. Пегтымель со степоидами и открытыми группировками растительности, фрагментами ивнячков. Сама долина реки в ООПТ не входит.

Растительные сообщества ООПТ (по предварительным данным):

22% - комбинации редкокуртинных и куртинных щебнистых дриадовых, разнотравных и кустарничковых тундр в привершинных частях гор;

27% - комбинации кальцефильных пятнистых щебнистых дриадово-разнотравных и цельнопокровных дриадовых, кустарничковых мохово-лишайниковых тундр на выпуклых частях склонов гор;

1% - комбинации открытых группировок растительности, фрагментов ивнячков и остепненных дриадовых тундр на выходах скал на южных склонах гор;

4% - комбинации разнотравно-овсецовых и разнотравно-мелкоосочковых степоидов и остепненных разнотравно-дриадовых и кобрезиевых тундр на наиболее прогреваемых участках склонов южных экспозиций и бровок высокой речной террасы;

7% - комбинации осоково-моховых, кассиопейных, кустарничковых мохово-лишайниковых тундр на средних частях склонов северных экспозиций;

4% - комбинации нивальных разнотравных моховых тундр и приснежных луговин по горным ручьям и нивальным нишам под уступами;

32% - комбинации мелкобугорковатых осоково-кустарничковых, осоково-ивковых и разнотравно-осоково-кустарничковых мохово-лишайниковых тундр на нижних частях склонов и шлейфах;

3% - степоиды, открытые группировки растительности, фрагменты ивнячков на скалах и обрывах правого берега р. Пегтымель и его притока Кайкууль.

Биоразнообразие: по экспертным оценкам, флора района в пределах ООПТ (массив горы Кейныней и следующей вниз по течению горы 350 м, без самой долины реки) составляет не менее 250 видов сосудистых растений.

Охраняемые виды: В нижней части южного склона горы Нейнынгей на щебнистом делювии известняка найдена осока Хепбурна Carex hepburnii (Юрцев и др., 1973).

Петроглифы: Пегтымельские петроглифы (наскальные рисунки) являются памятником древней культуры Чукотки в позднем неолите - (I тыс. до н. э.). Выбиты они на скалах правого берега р. Пегтымель на весьма продолжительном, почти полукилометровом протяжении Кайкуульского обрыва. Всего на 12 скалах сохранилось 104 группы силуэтных изображений. Изображения на скалах Кайкуульского обрыва на реке Пегтымель были обнаружены в 1965 году геологом Николаем Саморуковым, а в 1967-1968 годах экспедиция под руководством Николая Дикова зафиксировала на памятнике 103 живописные композиции.

Петроглифы - единственный памятник наскального искусства на огромном пространстве крайнего северо-востока Азии. В 2003 году специалистами была предпринята разведка в верхнем и среднем течениях Пегтымеля, а позже обследовано нижнее течение реки. Однако никаких новых изображений выявлено не было.

В середине скалы, на которой находится большинство рисунков, была найдена пещерка, где можно укрыться от ветра, дождя или метели. Левая стена пещеры на высоте глаз сидящего человека испещрена точками и беспорядочными линиями. Скала выступает на перегибе береговой гряды подобно мысу. Из устья пещеры просматривается огромное пространство долины Пегтымеля, и она могла служить не только удобным укрытием в непогоду, но и наблюдательным пунктом во время охоты на дикого оленя или войны. На той же высоте в скалах вверх и вниз но течению реки есть еще две маленькие расщелины-пещерки, грани и выступы которых тоже оббиты пробами и зарисовками.

В 2005 году, спустя 40 лет после открытия петроглифов Пегтымеля, ученые провели на памятнике новые исследования: была произведена фотофиксация изображений и выполнены эстампажи. Кроме того, с помощью современных реставрационных технологий с наиболее интересных изображений были сделаны полимерные копии. Участниками экспедиции были специалисты Института археологии РАН, Государственного Эрмитажа, Государственного НИИ реставрации и Кемеровского государственного университета. Работы проводились в рамках проекта Российского фонда фундаментальных исследований. В результате проведенных работ было обнаружено около 170 композиций и отдельных фигур, которые ранее не были зафиксированы. Сюжеты некоторых вновь обнаруженных изображений не имеют аналогов среди тех рисунков, которые были известны на этом памятнике ранее. Так, впервые были найдены изображения лучников, оленя с солярным символом на корпусе и, предположительно, жилища.

Основными сюжетами пегтымельских петроглифов являются своеобразный способ охоты на оленей во время переправы их через реку, морская охота и изображение людей с грибовидными фигурами над головой. Чаще других повторяется типично охотничий сюжет: охотник, сидя в маленькой лодке, поражает копьем или гарпуном огромного дикого оленя. В результате новых исследований увеличилось количество сюжетов, раньше являвшихся единичными. Так, например, увеличилось число сцен охоты на медведя с рогатиной.

На скалах также изображено более трех десятков людей-грибов. Среди них - полуобнаженные или обнаженные женщины, а также изображения мужчин с рельефно обозначенными детородными органами. Облик людей с огромными шляпами-мухоморами над головами (или вместо голов) сходен с чукотскими описаниями мухоморного погружения. В отдалении от главной картинной галереи был найден петроглиф, на котором мухомор изображен между байдарой и китом, причем гриб на рисунке не уступает в размерах киту (Головнев, 2000).

Техника нанесения изображений: Кроме выбивки, широко использовалась техника резьбы, гравировки и прошлифовки. На многих выбитых изображениях были прослежены тонкие линии предварительных эскизов.

Датировка: Одним из самых сложных остается вопрос датировки памятника. Его первый исследователь - Николай Диков считал, что пегтымельские петроглифы могли быть созданы в период с I тысячелетия до нашей эры по конец I тысячелетия нашей эры (Кирьяк, 2003). В последнее время специалисты высказывают мнение о значительном "омоложении" памятника - вплоть до XVII-XIX веков. Также вызывает большое количество споров вопрос о том, какой народ мог создать этот памятник. Параллели сюжетов пегтымельских петроглифов можно обнаружить в материальной и духовной культуре предков чукчей, эскимосов и ряда других народов крайнего Севера.

Состояние памятника: Состояние не может не вызывать беспокойства: происходит обвал камней с изображениями, плоскости зарастают лишайником и мхом, туристы и местные жители оставляют на петроглифах надписи и рисунки (по материалам оперативной печати).

Комплексный памятник природы "ЧЕГИТУНЬСКИЙ"

Рис. 15. Комплексный памятник природы «Чегитуньский».

Расположен в Чукотском pайоне, в северо-восточной части Чукотского полуострова, в нижнем течении р. Чегитунь (в 20 км от ее впадения в море). Площадь 20 га. Территория памятника объединяет каньоны р. Чегитунь и ее притоков (р.Путукунейвеем, р. Гуйгувеем, р. Вэтгываам, р. Пучьэвеем) и приурочена к самому крупному на полуострове северному массиву выходов карбонатных позднепротерозойских и палеозойских горных пород с самобытной флорой и множеством реликтов континентальных фаз истории Беринги (рис. 15).

Растительность бассейна Чегитуни изучена неплохо (Юрцев и др., 1973,1975,1994а,б; Катенин, 1993; Беликович и др., 1997; Беликович, 2001б), причем исследован растительный покров как карбонатных, так и некарбонатных пород.

ООПТ входит в подзону северных (типичных) гипоарктических тундр. В рельефе преобладают низкогорья со сглаженными вершинами до 300 м над ур. моря и с выходами палеозойских карбонатных пород. Эта платообразная поверхность режется узкой долиной реки Чегитунь, текущей по тектоническому разлому, в каньоне, борта которого характеризуются многочисленными скалами и останцами. Высокие террасы р. Чегитунь сложены рыхлой четвертичной толщей смешанного состава и на плоских поверхностях одеты кислыми органогенными подушками с ацидофитной тундровой и тундрово-болотной растительностью. В долине развиты пойменные и внепойменные заросли кустарниковых ив, из которых наибольшую роль играет Salix lanata subsp. richardsonii.

Основные экосистемы ООПТ следующие: вершины невысоких гор и холмов, сложенных карбонатными породами, на которых развиты куртинные и пятнистые кальцефильные тундры; склоны этих холмов с кальцефильными хвощево-кустарничковыми и ивковыми тундрами; пологие шлейфы и горизонтальная поверхность террасы с грядово-мочажинными комплексами, провалами, в которых развиты сфагновые и осоковые болота; борта Чегитуньского каньона высотой 40 м со специфическими группировками растительности и ивнячками, с песчаными высокими обрывами и выходами скалистых останцов; галечники реки Чегитунь с редкотравными лугами и ивняками, редко с участками наледных полян; по притокам Чегитуни – террасированные долины речек с комплексами лугов и ивняков из Salix lanata.

Феномены: На карбонатном делювии и аллювии, умеренно насыщенных кальцием или смешанных рыхлых субстратах представлена кальцефильная растительность. Наиболее насыщена редкими реликтовыми видами (включая локальные эндемики и дизъюнктивные малые популяции) парциальная флора известняковых скал и сухих прогреваемых остепненных склонов. Большой интерес представляют ксерофтно-травянистые сообщества с господством Carex macrogyna, C. petricosa, C. hepburnii, C. rupestris, Kobresia filifolia subsp. subfilifolia, Hedysarum mackenzii, Phlox alaskensis, Erigeron hyperboreus и др. Растительность выходов гранитов и кислых осадочных пород сильно контрастирует с кальцефитными сообществами памятника. В них обычно господствуют арктоальпийские ацидофильные кустарнички (Rhododendron camtschaticum, Salix phlebophylla, Diapensia obovata, Loiseleuria procumbens), фоновые гипоарктические кустарнички, а также низкие кустарники Betula exilis и Salix pulchra. Только на гранитоидных горах произрастают в пятнистых дриадово-разнотравных тундрах на вершинах Potentilla elegans, Saussurea tilesii, а на склонах Carex arctisibirica, Novosieversia glacialis, Oxytropis maydelliana. На слабокислых горных породах и отложениях смешанного состава в кустарничковых тундрах олиготрофные кустарнички сочетаются с некоторыми эвтрофными (Salix reticulata, Rhododendron parvifolium, Dryas incisa). В сухих щебнистых тундрах обдуваемых вершин господствует специфичный для крайнего востока полуострова Dryas ajanensis subsp. beringensis (Юрцев и др.,1994).

Благодаря карбонатным породам, растительность ивняков на дренированных пойменных террасах отличается большим разнообразием лишайников. Эпифитные лишайники представлены как арктоальпийскими (Tuckermanopsis inermis, Caloplaca ammiospila и др.), так и бореальными видами (Caloplaca cerina, C. holocarpa, Candelariella xanthostigma, Parmelia sulcata, Melanelia septentrionalis, Tuckermanopsis sepincola и др.). Эпигейные лишайники – видами родов Cladonia, Peltigera, Stereocaulon, а эпилитные - Aspicilia, Lecidea, Rhizocarpon, Bellemerea и др. В тундровых сообществах отмечены редкие Lopadium coralloideum, Tuckermanopsis inermis, Arctomia interflexa, а на силикатных породах – Pertusaria pseudocorallina, Ochrolechia subplicans subsp. hultenii.

Дицентра- разбитое сердце, Dicentra peregrina.

Примечательности: Выше ООПТ по р. Чегитунь по левому берегу р. Гэчмымкен в 1 км выше ее впадения в Чегитун найдено второе на Чукотке произрастание тополя бальзамического Popuilus balsamifera - американского вида, ранее не известного в естественной обстановке в Евразии. Этот тополь произрастает на склоне цокольной террасы среди кустарников (Salix glauca, Pentaphylloides fruticosa) и имеет вид прямостоячего кустарника до 1,5 м высотой.

Растительные сообщества ООПТ (Беликович, 1997, 2001):

10% - куртинные и пятнистые щебнистые кальцефильные разнотравные тундры (Kobresia myosuroides, Papaver keelei, Lesquerella arctica, Carex rupestris, Salix roundifolia, Carex scirpoidea, Dryas integrifolia, Minuartia obtusiloba, Potentilla biflora, P. subvahliana, Saxifraga oppositifolia, Silene acaulis, Gastrolychnis apetala, Dendranthema integrifolia, Carex scirpoidea) на вершинах и склонах сухих холмов;

15% - комбинации хвощево-дриадовых цельнопокровных кальцефильных тундр (Salix glauca, S. reticulata, S. arctica, S. sphenophylla, Arctagrostis latifolia, Carex podocarpa, Equisetum palustre, Thalictrum alpinum, Dryas integrifolia, Arctous erythrocarpa, Anemone drummondii, Saxifraga hirculus, Acomastylis rossii, Hedysarum hedysaroides, Parrya nudicaulis) на склонах и шлейфах склонов гор;

20% - комбинации бугорковатых ерниково-ивнячковых тундр, сырых и влажных осоково-кустарничковых, осоково-кустарничково-пушицевых тундр с ивнячками по ложбинам стока (Carex lugens, Eriophorum vaginatum, Petasites frigidus, Salix pulchra, S. glauca, S. reticulata, S. myrtilloides, Vaccinium uliginosum, V. vitis-idaea, Ledum decumbens, Arctous erythrocarpa, Arctagrostis latifolia, Thalictrum alpinum, Senecio resedifolius, Saussurea angustifolia, Hierochloe pauciflora);

5% - комбинации осоково-пушицевых болот и грядово-мочажинных комплексов бугорковатых кустарничковых тундр со сфагновыми болотами (Salix saxatilis, Betula exilis, Andromeda polifolia, Rubus chamaemorus, Vaccinium uliginosum, Calamagrostis holmii, Carex limosa, C. rotundata, C. stans, C. chordorrhiza, C. marina, C. rariflora, Eriohorum polystachion, E. scheuchzeri, Trichophorum cespitosum, Pedicularis lappinica, P. albolabiata, P. labradorica, Comarum palustre) в провалах под шлейфами склонов и в блюдцеобразных понижениях на высоких террасах;

1% - комбинации разнотравных, кустарничковых тундр, овсяницевых и кобрезиевых сообществ с элементами остепнения на речных террасах и их бровках (Festuca altaica, Carex melanocarpa, C. rupestris, C. scirpoidea, Kobresia myosuroides, Salix reticulata, S. glauca, Poa malacantha, Oxytropis middendorffii, Artemisia furcata, Senecio resedifolius, Antennaria friesiana, Potentilla biflora);

1% - комбинации нивальных лужаек, разнотравных тундр и несомкнутых группировок на осыпях и скалах (Cystopteris fragilis, Poa glauca, Elymus vassiljevii, Erysimum pallasii, Carex krausei, Luzula tundricola, Dryas integrifolia, Silene acaulis, Minuartia elegans, Oxytropis borealis, Anemone drummondii, Potentilla anachoretica, P. subvaliana, P. villosula, Braya siliquosa, B. purpurascens, Saxifraga cernua, S. calycina, S. serpyllifolia, S. oppositifolia, Arnica iljinii, Androsace arctisibirica);

3% - комбинации разнотравных лугов, фрагментов ивняков и несомкнутых группировок на песчаных речных обрывах (Salix glauca, S. hastata, S. lanata, S. reticulata, Elymus vassiljevii, Kobresia simpliciuscula, Saxifraga hyperborea, Ranunculus pigmaeus, Artemisia tilesii, Solydago compacta, Aster sibiricus, Oxytropis borealis, Gentiana prostrate, Draba juvenilis, D. pilosa, D. borealis, Bupleurum triradiatum);

2% - комбинации низких ивнячков из Salix lanata, осочников по старицам и редкотравных лугов наледных долин (Pentaphylloides fruticosa, Salix reticulata, Elymus hyperarcticus, Carex eleusinoides, C. fuscidula, Equisetum palustre, Chamerion latifolium, Stellaria crassifolia, Hippuris lanceolata, Chrysosplenium wrightii);

1% - прибрежно-водные хвостниково-арктофиловые, осоковые и хвощевые сообщества озерков (Arctophila fulva, Eriophorum scheuchzeri, E. polystachion, Carex membranacea, C. stans, Caltha arctica, Hippuris lanceolata, Equisetum palustre, Arctagrostis latifolia);

2% - хвощево-разнотравные луга с ивняками из Salix lanata по небольшим ручейкам (Salix reticulata, S. polaris, Poa alpigena, Carex membranacea, Saxifraga hirculus, Hierochloe pauciflora, Equisetum palustre, Aconitum paradoxum, Dodecatheon frigidum, Solydago compacta, Artemisia tilesii, Polygonum viviparum, Anemone richardsonii);

1% - комбинации разнотравных лугов, ивняков, нивальных лужаек (Salix lanata, S. pulchra, S. polaris, Solidago compacta, Pentaphylloides fruticosa, Anemone richardsonii, Carex tripartita, Festuca altaica, Myosotis asiatica, Eutrema edwardsii, Potentilla hyparctica, Saxifraga cernua, Cerastium bialinickii, Taraxacum anderssonii, Pedicularis capitata, Erithrichium chamissonis) по бровкам уступов склонов и террас небольших речек - притоков р. Чегитунь;

5% - комбинации ивняков из Salix alaxensis и редкотравных лугов (Elymus jacutensis, Festuca cryophila, Juncus castaneus, J. arcticus, Whilhelmsia physodes, Equisetum palustre, Polemonium acutiflorum, Aconitum paradoxum, Polygonum viviparum, Parnassia kotzebuei, Anemone richardsonii, Cardamine pratensis, Valeriana capitata, Artemisia borealis, A. tilesii, Chamerion latifolium, Hedysarum mackenzii, Astragalus alpinus) на галечниках р. Чегитунь.

Биоразнообразие: Всего на территории памятника отмечено более 400 видов растений (330 на Пучьэвеем, Юрцев и др., 1994; 314 на Кэсветэвеем, Беликович и др., 1997).

Охраняемые виды: На левобережье левого притока Чегитуни р. Путукунейвеем (в 1 км от устья) находится единственное местонахождение узколокального эндемика Чукотской тундры резушника чукчей – Arabidopsis tschuktschorum. Вид занесен в Красную книгу России со статусом «редкий вид». Близ устья р. Хэсмымкен произрастает редкий вид, занесенный в Красную книгу РСФСР копеечник американский Hedysarum americanum и тополь бальзамический Populus balsamifera (Катенин, 1980, 1991), занесенный в Красные книги РСФСР и СССР со статусом «редкий». На известняках ООПТ распространена единственная в России популяция мака Уэлпола Papaver walpolei, занесенного в Красные книги СССР и РСФСР.

В ООПТ произрастают такие редкие виды, как Festuca baffinensis, Festuca viviparoidea, Scirpus maximowiczii, Kobresia simpliciuscula subsp. subholarctica, Carex marina, C. petricosa, Tofieldia coccinea, Salix ovalifolia, S. brachycarpa subsp. niphoclada, Stellaria monantha, Minuartia rossi, Bekwithia chamissonis, P. macounii subsp. discolor, Braya aena subsp. pseudoaena, B. purpurascens, Smelowskia jurtzevii, Saxifraga davurica, Potentilla anachoretica, P. crebridens, Oxytropis mertensiana, O. gorodkovii, O. beringensis, O. semiglobosa, Hedysarum americanum, Bupleurum americanum, Primula tschuktschorum, Phlox alaskensis, Erithrichium tschuktschorum, Artemisia globularis. Для региональной охраны рекомендованы Anemone drummondii, Primula beringensis, Rhodiola rosea, Chrysosplenium rimosum. Весьма важен тот факт, что виды Potentilla czegitunica, Oxytropis kateninii, Elymus vassiljevii описаны именно из бассейна р. Чегитун, где и находятся их классические местонахождения, заслуживающие охраны.

Столь же многочисленны найденные в ООПТ редкие виды мхов (15 видов): очень редкий арктический кальцефильный вид, известный в России только на Чукотке Funaria polaris, довольно редкий кальцефильный вид Aloina brevirostris, очень редкий вид, имеющий единичные местонахождения Encalypta mutica, очень редко встречающийся Oligotrichum hercinicum, недавно обнаруженный на территории России Tortella alpicola, а также Andreaea obovata, Bryobrittonia longipes, Didymodon johansenii, Didymodon subandreaeoides, Drepanocladus latinervis, Grimmia anodon, Rhizomnium gracile, Sphagnum subfulvum, Tayloria acuminata, Timmia sibirica. Среди омеченных здесь лишайников редких видов еще больше -19: Sticta arctica, Physcia adscendens, Arctomia interflexa, Lopadium coralloideum, Pertusaria pseudocorallina, Ochrolechia subplicans subsp. hultenii, (),Melanelia septentrionalis, M. sorediata, Masonhalea richardsonii, Phaeophyscia constipata, Parmelia fraudans, Tuckermannopsis inermis, причем редкие Toninia sedifolia, Protoblastenia terricola, Fuscopannaria praetermissa, Diploschistes muscorum, Solorina spongiosa, Endocarpon pusillum найдены на мелкоземе и почве на известковых останцах, а Hymenelia heteromorpha – на известковых породах.

Исходя из высокого флористического богатства бассейна р. Чегитунь, наличия большого количества редких, а также общих с Аляской видов и сравнительно хорошей сохранности природных комплексов вся система бассейна была рекомендована для включения в природный парк «Берингия».


Русское ботаническое обществоBotanic Garden Conservation InternationalThe Plant ListPlantariumEast Asia Botanic Garden NetworkСовет ботанических садов РоссииRussian electronic libraryБиблиотека ШипуноваРоссийская Академия наукРейтинг@Mail.ru
Вверх